БЕЛКА. У лесной тропы, на пушистом снегу вдруг показалась знакомая метка. Четыре лапки: впереди две большие, задние, за ними - две меньшие, передние, тесно сближенные, одновременно коснулись здесь поверхности снега. След перешел дорогу, занырял по сугробам в орешник, скрылся под кучей хвороста, показался снова, вскочил на пень, с него на соседний, опять спустился на снег и вдруг пропал у подножия одинокого дуба. Белка... Куда же она пошла дальше? Ветки дуба распростерты к югу; должно быть, добравшись до конца одной из ветвей, белка перепрыгнула на ближайшее дерево и, прыгнув, стряхнула с него иней. Это мы сейчас установим... Верно. Осыпавшийся иней оставил множество углублений на свежей поверхности снега - белка вершинами пошла к югу. Щетки крупного инея на ветвях мешают ей прыгать - скоро она устанет и пойдет "низом".
Сделаем круг, шагов в пятьдесят диаметром, чтобы уловить продолжение следа... Вот он. Все такой же суетливый скачок с сугроба на сугроб, с пенька на пенек.
Здесь белка долго рылась в дупле старой осины, но ничего не нашла среди трухи и сухих листьев, кроме скорлупок. Орехи, если они и были, лесные мыши уже утащили в свои глубокие норки. Снова рыщет белка по кустарникам, ныряет под пни, залезая на брошенные птичьи гнезда, забирается под корни. Свидетельство не в пользу тех, кто уверяет, что белка на зиму "обеспечивает себя запасами корма". Верно, что осенью, в дни изобилия, белка прячет орехи и желуди во все щели и дупла, верно и то, что она сушит грибы, развешивая их по сучьям, но помнит ли зверек все свои кладовые? Едва ли.
Если вы пройдетесь зимой по следам, то убедитесь, что белка ищет свои запасы так же, как искали бы их вы: роясь всюду, где можно предположить их существование, а близ сушеных грибов иной раз она проходит, даже не замечая их. Как бы то ни было, но, порыскав некоторое время, белка наедается досыта.

В большинстве лесных районов Союза охотятся на белку с осени и продолжают, пока не выпадет глубокий снег, мешающий собакам-лайкам бегать по лесу, В некоторых местах охотятся за белкой и среди зимы, обычно уже без собаки. Охотники сами распутывают следы зверька и стараются найти гайно - теплое гнездо белки, сделанное из ветвей и лишайников. Замечательно искусны в этом деле охотники-эвенки (прежде их называли тунгу-сами), кочующие на промысле по лесам Восточной Сибири и Якутии.
"Почти все тунгусы, за немногими исключениями, хорошо разбираются в следах белки",- пишет этнограф Б. Э, Петри, "Кто следы знает, тот всю зиму промышляет",- говорят тунгусы, У эвенков отцы учат детей на практике, показывая им, как отыскивать белку в гайне.
"Приведу здесь рассказ старого охотника Мосюка, записанный мной с почти стенографической точностью,- пишет Б. Э. Петри.-Белка всяко хитрит. Кто ее учит? Откуда она знает, что человек ее по следам искать пойдет? Который человек следы понимает, тот белку добудет, кто не понимает, тот простым (с пустыми руками) домой придет.