|
* * *
Зимнее, по
степному щедрое солнце играло на мелкой ряби канала, не
замерзающего и в сорокаградусный, что твоя менделеевка,
мороз-ломонос. В зеленоватых от паутинистых водорослей
просторных садках плескались, разевая золотые жабры,
переваливаясь с боку на бок, круглые, с молочных поросят, карпы.
Сытые и бесстыдно довольные собой. При воспоминании о жирной,
водянистой плоти, приводящей на память опять таки свинину,
кусочек которой, оголодав, как тот голошеий кочет, пробовал в
студенистом студенческом вареве с позавчерашними носками,
становилось тошно. Не спасал даже эйдос, хрустящий золотистой
корочкой. Но смотреть было надо. И улыбаясь расспрашивать
мокрого пастуха, местного рыбопаса, о питомнике и его
подопечных, более отвратительных даже, чем виданные в заезжем
зоопарке питончики. Потому что за это платили деньги, и не
совсем мало, так что казалось: иного не дано - попал в колесо с
кровавым желтком разорванного в клочья каплей никотина хомячка
Абрасакса.
Оскальзываясь на глинистой
кромке тепличного обрыва с энергетической мочой на дне,
облагороженной экибастузской чернобуркой, он все-таки поверил,
что это может случиться в любую минуту, если уже не случилось.
Взять хотя бы недавнюю поездку на Всеевразийские игрища, где
разноязыкую толпу незаматерелых ещё пиитов поили в
Intercontinental'е красным сухим со всяческими тартинками на
тартарелочках под пиликанье ошалелой гвардейской гармошки и
выверты голопупых тающих пери. Теперь события того чудесного на
вкус и ощупь вечера казались происшедшими не с ним и не на этой
солнечной, но такой не обустроенной для маленького счастья
планете. "Но есть покой и воля", - пытался убедить себя цикадой»
-Вопрос только, где?" Е-е! — раздалось над красным от степной
замяти ухом. Он разомкнул воспалённые веки, проницающие
замусоленные скороспелыми "мандаринами", доморощенными
академиками, века скорби, чтобы окатить источник беспокойства
презрительным холодом. Но осёкся. Это был памятник. Не
бронзовый, конечно, не с чугунной поступью. Осыпающийся
размокшим гипсом. С оплывающей личиной. С решёточкой на месте
щёк. Но памятник. Поди догадайся, кому.
|
