Однажды Музыка, лежа в теплой ванной, говорила Деньгам, что суетились вокруг нее с мочалками да разными  штучками для приятного,: « Эх… или АйЯ, надо бы вас как-то уменьшить что ли, шума от вас много…»,              Деньги застеснялись и уменьшились, «Ух,-  продолжала Музыка,  - или  ЮХО, Э-у  Деньги, Деньги,  как же мне прозвучать, чтобы вас не было? А а или О у, Деньги?»

«Хм, как же  как же», ответили Деньги, « зазвучать, а ты того, чтоб не было… чтобы… умри ты.»

И грянул марш. Не строевой, а вселенский. И страшный и красивый. И стало ясно, что денег в ванной нет. Стихло. Музыка вздохнула и зазвучала спокойно и крайне внимательно ко всему прекрасному на Земле.

ДЕНЬГИ и

САМОВАР

Деньги сидели за столом в саду, пили чай и говорили о Деньгах. Самовар гордо возвышался посередине стола и пыхтел себе свою песню. Грянул гром. Деньги  всполошились и побежали в дом.

Самовар зашипел сладко-сладко: То-то же.

            ДЕНЬГИ и МАЛЬБОРО

Ковбой Мальборо лежал на траве и думал о Деньгах. Подошла Мэри

            - О тебе, моя радость, вздохнул ковбой, о тебе. Ты такая красивая.

          - Да  ладно, ковбой. Что тебе моя красота… Тут мне Деньги предложили     работу. Все, вроде, стильно там, правда, грязновато и запах странный.

            - Работу? Повезло тебе.

            - Повезло не мне. Повезло Деньгам. А я откажусь, ковбой.

            - Почему?

            - Там тебя нет.

ДЕНЬГИ и БУМАГА

        Бумага задыхалась в закрытой пачке и ждала, когда же она  кому-нибудь понадобится. А, если писатель какой… или ученый, - рассуждала она про себя.    Вдруг ее подняли и понесли.   Сейчас откроют – возрадовалась бумага, - интересно…, а дальше что? Бумагу открыли, вложили во что-то железное и холодное и начали резать на куски, а затем заливать краской, бить сверху и снизу. «За что? За что?   кричала Бумага, - за что?

       Радуйся, теперь ты Деньги, - отвечали Деньги.